НОВОСТИ
КАЛЕНДАРЬ
СТАТЬИ
ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!
ФЕДЕРАЦИЯ
МАСТЕРА
ФОТО
ВИДЕО
КОНТАКТЫ
 
КЛУБ «РАТНИК»
КЛУБ «ДЕТИНЕЦ»

International Federation of Karate
KWU Kyokushin World Union
Bulgarian Kempo
Реклама на сайте

Instagram Facebook



СТАТЬИ

Беседы о мужестве в бою и в жизни с Сергеем Николаевичем Бадюком | Статьи

Сергей Николаевич Бадюк (род. 1970) — ветеран спецназа ГРУ, инструктор по каратэ, обладатель 8 дана каратэ киокусинкай будокайкан, мастер спорта международного класса, мастер спорта СССР по гиревому спорту. Победитель Кубка России 2006 года по пауэрлифтингу; двухкратный чемпион Москвы по таэквондо. Предприниматель, занимал ведущие посты в крупных компаниях. Актер кино.

Официальный сайт Сергея Бадюка: http://badyuk.com/

В традиционной культуре разных народов были и есть особые ритуалы, пройдя которые, мальчик получает право голоса, право жениться и право называться мужчиной. Этнографы называют это обрядами возрастной инициации или, по-русски, посвящения. У всех народов, от Экваториальной Гвинеи до Чукотки, эти обряды чем-то схожи. Все они связаны с глубокой, коренной перестройкой психики подростка, ломкой стереотипов, выработкой навыков выживания и взаимовыручки. Возможно, именно единство решаемых с помощью инициации задач понудило совершенно разные племена и народы прийти к оптимальным, во многом схожим методам. Отсюда об обрядах возрастной инициации можно говорить как о специальной гуманитарной технологии по созданию мужчин. Есть три общих места в посвященческих практиках народов всей планеты: 1) удаление из привычного окружения, 2) наличие коллектива сверстников, 3) посвящаемый подвергается испытаниям и притеснениям. Запомним эти особенности.

Свои обряды совершеннолетия были и у славян. Их точное содержание восстановить теперь невозможно. Но данные этнографии, письменные источники, фольклор и сказки могут многое рассказать об этом. Б. А. Рыбаков считал, что у славян обряд состоял из колдовского запугивания, имитации смерти и экзамена по всем охотничьим навыкам. Многие исследователи сходятся во мнении, что сказочные приключения молодых царевичей, иванушек и других героев в лесу и их общение с иногда доброй, а чаще злобной Бабой-Ягой «основаны на реальных событиях» и являются эхом древних инициационных обрядов. Действительно: герой выходит из дома в лес (за пределы своей территории), проходит ряд испытаний, преодолевает реки, болота, буреломы и приходит к избушке на курьих ножках, где обретает определенные полезные знания, которые позволяют ему достичь цели и вернуться домой. Нередко юноше помогает волк, который занимает ключевое место в славянской и индоевропейской воинской культуре. Испытание нередко заканчивается для юноши женитьбой, да и вообще в этот сюжет с лесом и Бабой-Ягой редко попадают зрелые состоявшиеся мужчины, а в основном — горячий и глупый молодняк, который постоянно ошибается, унывает, торопит события, но все равно идет вперед... Я это все к тому, что обряды такие были, и сказки про молодца, Бабу-Ягу и волка это подтверждают.

Кое-что из этих обрядов докатилось до ХХ столетия. До середины прошлого века и дальше дожила замечательная русская традиция стеношных боев. Есть сведения о том, что в деревнях существовали своеобразные бойцовские клубы с главарем — «утаманом», определенной возрастной иерархией, обрядами. В них практиковались воспитание молодежи и возрастная инициация. Известны даже специальные наигрыши и песни «под драку», особенно распространенные в Псковской области: «Утаман серую шапку на дороге положил, вынул ножик вороненый и сказал "Не побежим"». Ножи носили все мужчины, как на Кавказе, а советская власть с этим боролась. В результате стеношные бои и традиционная воинская культура были вытеснены в категорию маргинального. Но советская власть сознательно или бессознательно создала замену старым обрядам. Какую?

Вспомним то, что я просил запомнить в конце первого абзаца. На что из сегодняшней жизни похожи три особенности всех обрядов инициации? Правильно, на службу в армии по призыву. Тебя забирают от мамы и посылают служить во Владивосток (удаление из привычного окружения), тебя селят в казарму, полную таких же парней, как ты (наличие коллектива сверстников), на тебя орут, иногда матом, особенно кормят, рано будят, гоняют по плацу и на турники, заставляют бегать по лесам и болотам, драться, стрелять (посвящаемый подвергается испытаниям и притеснениям). А еще это напоминает лесные приключения Ивана Царевича.

В общем, призывная армия — прямая замена древних обрядов, призванных делать мужиков. Но сегодня в армии нередко нарабатываются почти исключительно женские навыки: чистить картошку, наводить чистоту, заправлять постель, пришивать воротнички. Все это хорошо, но только если дают вдоволь настреляться и наползаться. Естественные традиционные механизмы инициации были сознательно подавлены в советское время или разрушились в ходе крутых перемен в жизни страны. Армия, заменившая эти механизмы, теперь тоже не выполняет своих функций. А неосознанная тяга к мужеству сегодня приводит к экрану компьютера с очередной «Call of Duty» гораздо чаще, чем в спортзал.

Отсутствие осознанной культивации мужских качеств в мальчиках — одна из причин нашего плачевного положения. Возможно, парни с Кавказа сорвались с родных мест и приехали в города коренной России как раз для того, чтобы показать нам, как здорово, когда каждый мальчик с детства занимается борьбой. Жаль, что не всегда это сочетается с дружелюбием и открытостью, но контраст между пружинистыми и уверенными ребятами с Кавказа и часто рыхлыми и вялыми славянами серьезно подстегивает к тренировкам. Есть ли у нас сегодня гуманитарные технологии, способные делать из мальчиков мужчин? Где сегодня молодые парни могут пройти обряд посвящения? Как правильно пойти в армию? Немного порассуждаем об этом сами и посоветуемся с мастером рукопашного боя и просто добрым человеком Сергеем Николаевичем Бадюком.

— Что Вы можете сказать о мужском воспитании сегодня?

— Вот ситуация. Подходит ко мне сосед: «Сереж, у меня мальчика побили в школе, жена в истерике — надо переводить». — «Как побили?» — «Ну, пацаны подрались, и его били». — «Почему переводить?» — «Ну, его же там побили!» — «Не надо переводить, надо разобраться с учителями, с родителями мальчиков, с причинами драки и объяснить ему, что он должен уметь постоять за себя. Отвести его в секцию, чтобы он постоял за себя в следующий раз. Если вы его переведете в другую школу, у него сработает стереотип на всю оставшуюся жизнь: раз бьют — надо убегать. И хороший, крепкий, светлый мальчик... вы его сами сломаете сейчас, а не вот эти хулиганы. Даже не хулиганы, а просто пацаны. Ну, дали, ну и что?» Понятно, что не надо воспитывать тупоголовых питбулей, но не надо и нытиков, которые из-за того, что им дают подзатыльники, отбирают деньги и мобильные телефоны, уходят в параллельное измерение — в наркотики, алкоголь, в Интернет.

Любая семья должна понимать, что мужчина в семье — это, прежде всего, кормилец и защитник. Кормить семью может умный человек, который хорошо выучился, а защищать ее может сильный. Значит, надо смотреть, чтобы ребенок хорошо учился и был физически сильным, развитым, чтобы он не был забитым, чтобы его не зашпыняли в школе, чтобы его не терроризировали одноклассники, чтобы его потом не забили в армии. То, что мы называем дедовщиной, казарменным хулиганством, сплошь и рядом процветает в школе.

— А как Вы стали сильным?

— Меня били в детстве через день. Меня достало то, что меня били, я пошел и начал заниматься каратэ. Меня перестали бить, меня стали бояться и уважать. Я никого не терроризировал, но ко мне начали бегать за защитой. Но не у каждого ребенка достаточно сильный характер, чтобы самому принять это решение, надо помочь ему, взять его за руку, привести, ведь дети все разные. С детьми надо заниматься. Если Вы не будете заниматься детьми, ими займется кто-нибудь другой, уверяю.

— Какую роль играют единоборства в воспитании мужчины?

— Это ошибка — пытаться через бои готовить человека к жизни. Если человек готовится к бою, он пойдет в бой. Если готовишься к проблемам — будут проблемы. Готовиться надо к жизни, жизнь очень разнообразна.

Я закончил с одной четверкой высшую школу КГБ СССР, Финансовую академию при Правительстве Российской Федерации, Чикагский университет — у меня три высших образования. Я работал в серьезных конторах на серьезных постах. Думаю, выжить сможет только то поколение, которое будет иметь очень обширные и очень мощные базовые знания. Математика, литература, история — это три ключевых момента, которые человек должен знать. Для того чтобы добиваться успеха в бизнесе, математика — это ключевой предмет, тренирующий логику, мышление. Без истории нет понимания того, кто мы, что мы делаем и зачем мы это делаем. Литература — это наше наследие, наш код. И параллельно для мальчиков — занятия единоборствами. В момент, когда может что-то произойти, каждый должен быть готов выйти на улицу, встать на защиту собственного дома. Когда все будут знать, что в каждом доме есть человек, который встанет на защиту, никто к нам с мечом не придет.

Подготовка к жизни — это комплекс вопросов, и, если ты заметил, наши тренировки — это не практика драк, я посвящаю много времени беседам: ребята, учитесь, зарабатывайте деньги, следите за своим телом, за своим питанием, не ходите в клубы, не употребляйте наркотики, не бойтесь ничего, если вдруг что-то происходит — идите до конца, защищайте свою точку зрения, защищайте свою жизнь, защищайте своих близких. Развивайте мужские качества. Это системное воспитание, но оно как таковое, к сожалению, у нас в стране отсутствует. Я на своих детях и на детях своих знакомых пробую делать это пошагово. У меня много знакомых, которые просто привозят своих детей на выходные и потом оставляют жить у меня неделю-две-три, и они возвращаются другими.

— Сейчас в России и в европейском мире наблюдается кризис мужества. Есть ли это, по-Вашему, и что с этим делать?

— В России кризиса мужества нет. Я много езжу по стране, все у нас в порядке. Мы с тобой в Москве живем и говорим о России, судя по поступкам людей, живущих в Москве, а Москва — это не Россия. Просто надо больше помогать молодым, больше уделять внимания спорту. Я считаю, что за продажу наркотиков надо ввести смертную казнь. В год сто тысяч молодых ребят погибает от передозировки — это война. У нас в Афганистане за 10 лет 14 тысяч погибло, а тут за год — 100! И никто не вопит.

Во многом мне нравится американское воспитание. У них в приличных семьях дети в воскресенье — все в храм. Ребенок должен ходить в церковь, ребенок должен в этом расти. Все занимаются спортом, бейсболом, американским футболом. Все очень любят родину: Америка — превыше всего. Они верят в это, они считают свой образ жизни самым правильным. Мало того, они готовы за него пойти и умереть. Не все, но те, кто служит в армии, готовы, и они это делают. Это достойно уважения. Америка диктует свою волю всему миру, и я не говорю, что это правильно, но чтобы, для начала, тебе ее не диктовали, надо начать правильно воспитывать пацанов. Нет у нас кризиса мужества, а есть кризис воспитания молодежи.

— Часто Православие ассоциируют с физической немощью...

— Это стереотип. Советская власть нам семьдесят лет вбивала в голову басни про попов. Батюшки разные бывают, не мне судить. Но сколько примеров, когда священники голыми руками защищали приход. У меня в Москве есть знакомый батюшка, который детей тренирует, учит рукопашному бою, уж на что я здоровый, но он — просто чудище. Хороший парень, бывший военный. Так что это стереотип, и сейчас все меняется к лучшему. Патриарх этому много внимания уделяет, я его много слушаю, поскольку в храме на всех его службах бываю.

— Как вера сочетается с единоборствами? Многие считают, что можно выбрать только что-то одно.

— У меня есть знакомые батюшки — здоровые, крепкие как кони. Гирьки таскают, рукопашку любят, канал «Боец» смотрят. На Руси всегда оплот последний был — монастыри. Когда приходили враги, монахи брали в руки оружие. Я не говорю об особых боевых навыках. Но с боевыми навыками шанс выживания возрастает в разы. Все идет к войне, а мы говорим: «Нет!» Закрываем глаза, прячем голову в песок, и считаем, что мы не такие. Все должны служить в армии, нужно готовиться — это нормально и обязательно. Многие единоборства — уже давно международные виды спорта. В футбол все играют, но никто же не говорит, что это протестантский вид спорта. Есть, конечно, определенные секты, где сектантские взгляды, и от этого надо быть подальше, для этого есть умные тренеры, которые по-отечески должны предостеречь, и тот же батюшка должен сказать: «Не надо тебе, сынок, пойди лучше в нормальную секцию и тренируйся». Но каратэ уже давно — русский вид спорта, мы выигрываем все на свете. Самбо, бразильское джиу-джицу, греко-римская борьба... Давайте не будем ею заниматься, потому что ею занимались язычники — греки и римляне...

Но требовать от молодого парня, чтобы он выстаивал каждый день на службе... Он раз в неделю пускай придет в воскресение — честь ему и хвала. Это обязательно. Уменядети—обасына-развнеделюв воскресение у них подъем, побудка, храм. Но 6 раз в неделю они идут на тренировку, чтобы быть сильными. Станут старше, как я, будут в храм ходить чаще. Всему свое время.

— Есть люди, которые тренируются, четко понимая, что это может им пригодиться лишь однажды в жизни. Человек готовится к одному бою, который может никогда не случиться.

— Это настоящий путь. Путь воина.

— Я подозреваю, что тренировки все-таки дают нечто большее, чем готовность к одному бою.

— Послушай, что я тебе скажу. Все, чего я добился в жизни: успех в бизнесе, то, что у меня хорошая квартира, замечательные дети, машина неплохая, — это все только благодаря каратэ. Не потому, что я бью морды и вымогаю деньги, а потому что это самодисциплина. Я встаю рано, тренируюсь, иду работать.

— Вы каждый день тренируетесь?

— Я каждый день тренируюсь, каждый день работаю, у меня большая семья, надо всех содержать. Это вопрос самодисциплины — заставить себя встать, а не развалиться с пивом у телика, говорить, что все плохо, работать охранником и проклинать нерусских ребят, которые на рынке торгуют, нас грабят. Встань и выйди на рынок! Я знаю этих ребят, они тренируются в зале с нами. Я покупаю продукты на рынке, мясо у одного покупаю, он встает в четыре утра, работает до шести вечера, с шести вечера до девяти тренируется в зале, а в четыре утра опять встает. Молодой парень. Вот тебе все ответы.

— Почему кавказская молодежь так заметно отличается от русской?

— На Кавказе все парни почти поголовно занимаются борьбой. Там, если парень не занимается, это либо больной, либо у него проблемы с ориентацией. Я хожу в зал, занимаюсь греко-римской борьбой с детьми. В зале у нас из 150 — 200 занимающихся, русских трое: я и двое моих сыновей. Все ребята замечательные, относятся к нам с уважением, спортивные, не ругаются матом, не пьют, не употребляют наркотиков — достойный пример для подражания. А когда выезжаем оттуда, — стоят наши ребята, курят и ругаются, а на мои замечания тоже отвечают матом, естественно, получают по шее. Догнал, наказал, привез домой, но дома не отреагировали должным образом.

В Центорое в Чечне Кадыров организовал центр по воспитанию чеченских парней в духе чеченских традиционных ценностей. Там учат стрельбе, боевым единоборствам, чеченским традициям. Пригодился бы нам такой опыт?

— А что в этом плохого? У нас все суворовские училища такие. Только я не понимаю, почему министр обороны принимает решение, что только дети погибших офицеров туда могут поступать, а любой пацан, который всю жизнь мечтал стать суворовцем, туда не может поступить, и меняется устав принятия в суворовское училище, который не менялся с самого момента учреждения суворовских училищ. Он берет это на свою совесть — Бог ему судья.

— Я спрашиваю у ребят, которые в армии были, — как оно? Все говорят: кто год, кто два, плац подметали и траву красили и ничему не научились. Непонятно, идти или не идти...

— Есть желание служить — будешь служить. Есть части, где действительно научат, где есть боевая подготовка. ВДВ, спецназ, морская пехота. Все остальное у нас, к сожалению, — какая-то помойка, а не армия. Я ответственно это заявляю. Если идти, то идти в спецназ, это несложно, потому что дураков, которые приходят в военкоматы и просятся туда, очень мало. А если этот дурак еще и физически подготовлен, то это вообще не вопрос. Я и сам достал военкома так, что он меня сам отправил служить. Это несложно, было бы желание. И даже попав в любую часть, можно не потратить зря эти полтора года (а год — вообще смешно), а подтягиваться, качаться, ведь это же твое время проходит! Мне раньше люди после армии казались законченными стариками, теперь смотрю — дети. Год — это не служба, а баловство.

— Говорят, что боевые единоборства воспитывают агрессию, провоцируют насилие.

— Смотря кто вас готовит. А вообще — воспитывают, конечно. Нельзя сказать: «миролюбивое боевое искусство». Нет такого. Боевое искусство — это искусство поражения. Бой воспитывает агрессию, без агрессии невозможно победить, но она должна быть управляема, должна быть контролируема, в этом — мастерство тренера. Я очень агрессивный человек, я взрываюсь моментально, в случае необходимости у меня агрессии столько, что лучше не вставать на дороге, но я ее контролирую. Настоящий учитель рукопашного боя учит контролируемой агрессии. И ты должен понимать: для чего, когда можно, когда нельзя, какие коды запуска. Коды запуска — это семья, дом, родина — бам — все, ничего не вижу, топор в руки — побежал. А если нет — развернулся, улыбнулся и пошел. Вот и все.

— Вы проводите субботние тренировки — практики. Понятно, почему ребята приходят, а что Вы для себя из этого извлекаете?

— Я честно скажу, я смотрю на вас и радуюсь, что есть хорошие ребята, что не все плохо. Вас приходит 60 — 100 человек. Кто-то пришел, кто-то ушел, кто-то остался, кто-то приехал через всю страну, но каждый по возможности что-то взял. Кто-то потом дома сделал спортуголок, кто-то брата отвел в секцию, кто-то во дворе в порядок привел спортплощадку. Круги на воде расходятся, а я камушек бросил. Мне эти круги на воде нравятся.

— Пожелайте что-нибудь нашим читателям.

— Приходите к нам на практики. Спокойно приходите, рад всем буду.


Беседовал Филипп Якубчук Наследник №3 (38) 2011